«Жирным котам» предложат застраховать свои риски за счет бюджета России.

Похоже, мрачный призрак легендарной чубайсовской «прихватизации» вновь появился в высоких кремлевских коридорах. Несмотря на то, что вопреки высказывавшимся ранее опасениям бюджет России в текущем году будет исполнен с профицитом, который составит 0,3 процента от ВВП (или около трех миллиардов долларов), судя по всему российские элиты под сурдинку алармистских прогнозов по поводу предстоящего бюджетного «апокалипсиса» готовы еще раз устроить очередной раунд большого приватизационного «дербана» наиболее аппетитных кусков госсобственности.

Естественно, что наученную печальным опытом 1990-х гг. общественность уверяют, что теперь-то все будет по-честному (тем более что отец ваучерной приватизации и по совместительству архитектор последующих не менее одиозных залоговых аукционов сегодня находится в почетной нанотехнологической ссылке). Однако появившиеся в российских СМИ подробности планов правительства по пополнению бюджета за счет распродажи акций госкомпаний заставляют достаточно скептически относиться к подобным благим посулам и заверениям.

Как выясняется, в условиях продолжающейся глобальной рецессии прежние прогнозы, согласно которым разгосударствление российской госсобственности и передача части ее в руки иностранных инвесторов позволили бы пополнять бюджет РФ на 10-15 млрд долларов, являются неоправданно оптимистическими. Так что реальная выручка от всей этой затеи (и без того достаточно сомнительной, если учитывать стратегический характер многих активов, выставляемых на продажу) будет гораздо меньше.

Однако вместо напрашивающегося и вполне логичного в такой ситуации решения отказаться от приватизационных планов (спрашивается, ради чего «городить огород», если государство лишится части собственности, даже не получив взамен того, на что изначально рассчитывало) в Кремле решили пойти по другому пути. А именно в стиле «Россия — щедрая душа!» обеспечить зарубежным выгодоприобретателям dolce vita, предложив им приватизационную схему, суть которой, лапидарно выражаясь, сводится к следующему: «вам барыши, а РФ — риски».

Фактически правительство собирается предложить иностранцам, желающим принять участие в программе «большого российского хапка», «беспроигрышную лотерею» с выпуском гособлигаций при приватизации компаний. При этом получается, что инвесторы приобретают гарантированные государством (а значит российским бюджетом, то есть в конечном итоге рядовыми налогоплательщиками) долговые бумаги с правом конвертировать (поменять их) на акции госкомпаний, если этот бизнес окажется рентабельным. В противном случае отдуваться за риски новых частных собственников придется российскому государству.

Кстати говоря, учитывая офшорный статус представителей российского бизнес-сообщества, не исключено, что большая часть т. н. «иностранных инвесторов» на поверку окажутся самыми что ни нас есть посконно-доморощенными «равноудаленными» «жирными котами». А российская бюрократия посредством данной кудрявой схемы хотела бы застраховать свои собственные риски при перекладывании собственности из государственного в частный карман. Причем за государственный же счет.

Стоит заметить, что такой подход вызывает активное противодействие со стороны Минфина, который по понятным причинам не горит желанием взваливать на свои фискальные плечи очередные бюджетные обязательства. Как заявил замглавы Минфина России Сергей Сторчак в интервью агентству «Прайм», он считает, что продажа акций напрямую инвесторам это более прозрачная и понятная операция, чем выпуск конвертируемых гособлигаций. Его оппонентом в правительстве является помощник президента г-н Дворкович, по мнению которого Россия все-таки могла бы (в целях реализации по максимально возможной цене) использовать схему с выпуском облигаций при приватизации госкомпаний.

Дискуссию по поводу планов приватизации госсобственности и предлагаемые правительством схемы в интервью KM.RU прокомментировал директор Института проблем глобализации Михаил Делягин:

— Честно говоря, я не совсем понимаю, зачем наши власти собираются устраивать распродажу госсобственности при профицитном бюджете. Остатки средств на счетах федерального бюджета сейчас составляют 6,2 триллиона рублей. Это более половины годовых расходов. Получается, федеральный бюджет вообще не знает, куда девать деньги, он профицитен. Причем, на протяжении всего года. В этих условиях проводить приватизацию ради наполнения бюджета бессмысленно.

Что касается схемы с государственными гарантиями в виде гособлигаций, то я бы сказал, что это творчески переосмысленные для новых реалий залоговые аукционы. Тогда, если вы помните, бизнес получал государственные обязательства и в принципе он мог конвертировать их (так и произошло — все захотели) в сладкие куски собственности. Некто в Кремле решил сделать то же самое для иностранцев. Но опять-таки, если отдача российского имущества в руки иностранных компаний является приоритетом г-на Медведева, тогда товарищ Дворкович все делает правильно. Но если президент хочет заниматься не повышением прибыльности иностранных корпораций, а обеспечением блага России (то есть исполнением своих прямых служебных обязанностей), тогда не совсем ясен смысл всех этих манипуляций.

Есть еще популярный традиционный либеральный тезис о том, что приватизация, дескать, является не только традиционным способом получения денежных средств, но и средством повышение эффективности работы компаний. В 1996 году либеральные же эксперты провели довольно тщательное и подробное исследование, сопоставив эффективность частного российского бизнеса и государственного. Притом что тогда приватизированы были лучшие куски российской экономики. Так вот, эффективность крупного частного бизнеса оказалась незначительно выше государственного. А поскольку частный бизнес тогда получил значительно более привлекательные объекты (вся металлургия и почти вся нефтянка), чем те, которые находились в государственной собственности, получается, что частный бизнес может демонстрировать сравнительно более низкую эффективность менеджмента.

На Западе идеологема о том, что частный бизнес всегда лучше государственного для крупных корпораций, появилась по очень простой причине. Когда у вас забастовка на государственном предприятии, это означает политическую проблему государства. Когда же происходит забастовка на частном предприятии, для государства это уже не просто не головная боль, а это еще и выигрышный момент — потому что можно выглядеть в глазах избирателей арбитром. И таким образом заработать много политических очков. В этом мотив для крупной приватизации на всем Западе.

На самом деле принципиальных отличий между частными и государственными предприятиями нет, есть отличия в плане степени конкурентности среды. Когда вы погружаете госкорпорацию в конкурентную среду и она не имеет государственных гарантий, она практически не отличима от частной корпорации. Если вы, конечно, не пытаетесь управлять ею к ручном режиме. А в условиях тотального произвола монополий разницы между лучшей частной корпорацией и министерством не существенна. Я тут недавно попытался заняться изучением менеджмента лучшей, как мне казалось, по этому критерию российской корпорации — «Норильского никеля». Но осталось только взяться за голову и тихо отползти поскуливая. Потому что низкое качество менеджмента. Я привык относиться к «Норникелю» как к компании с высочайшим уровнем менеджмента. Но даже в открытых источниках там оказалось столько всего, что если бы это было в каком-нибудь «Газпроме» или РЖД, головы летали бы направо и налево, а потом катились стройными рядами.

Конечно, на уровне кафе или ресторанчика частный бизнес здесь действительно эффективнее. Но на уровне естественной монополии частный бизнес вообще невозможен. Что касается уровня большой корпорации, то здесь все определяет конкурентная среда и взаимодействие с государством. Если на просьбу министра сделать то-то и то-то ему директор предприятия отвечает: «Господин министр, «Рено» — это не Франция, «Рено» — это «Рено», имея в виду «пошел ты к черту» (и министр идет по указанном адресу), то никакого принципиального отличия нет. Правда, следует учитывать, что госпредприятию сложно осуществлять экспансию в другие страны. Куда его опасаются пускать из-за озабоченности по поводу роста политического влияния.

Смотрите также: Сводки событий от ополчения. Новости Новороссии.